— Ему все понравилось, и он предложил снимать. – Как-то предложил Борису Владимировичу песню, от которой отказался Михаил Боярский, и он пригласил меня в Малый театр, чтобы послушать ее, — поделился с «Антенной» режиссер фильма Георгий Малиновский. Так я и сделал: развил идею в сценарий короткометражного фильма с его подачи.

Партнеры Бориса Клюева: «Без него „Ворониным“ не быть»

Я поразился, какой это крепкий и уверенный человек, хотя он уже тогда знал о диагнозе. На съемках мы больше переживали за самочувствие другого артиста, а не Клюева. Глядя на него, невозможно было предположить, что он серьезно, а тем более смертельно болен. Но он настолько не хотел выплескивать на окружающих свою болезнь, свои слабости, настолько он хотел быть сильным, чтобы внушать эту силу другим и быть примером в этом плане.

Когда он приезжал на съемку, все выдыхали, потому что он внушал спокойствие и уверенность, с ним работалось легко. Борис Владимирович был бодр и оптимистичен, всегда меня подбадривал, веселился и балагурил. Он старался создать атмосферу умиротворенности. Съемочная группа с ним не напрягалась, как с другими. Хотя он был много где занят, с ним никогда не было никакой спешки, словно остальное его время оставалось позади. Мы знали, что, если сегодня снимаем Клюева, значит, никто не напрягается.

Если я не мог договориться с дочкой Маргариты Тереховой, он объяснял мне, в чем дело. Он помогал мне разрешить самые сложные моменты. Я не был его студентом, но он находил на меня время и объяснял, что дочка столько лет ухаживала за своей больной матерью, что у нее нервы расшатались и что на это не нужно обращать внимания. Помимо великолепного актера в нем чувствовался настоящий педагог-наставник, мастер. А в случае трудностей помнить, что он у меня есть, и разрешал говорить всем: «Боря Клюев с этим согласен». Борис Владимирович просил никогда ни на кого не обижаться и делать свое дело. При этом последние лет десять он отказывался от любых съемок. Так я и сделал, когда позвонил «кардиналу Ришелье» — Александру Трофимову, тот сказал, что очень уважает Клюева, поэтому снимется у меня. Я потом позвонил Борису Владимировичу, чтобы его поблагодарить, и он мне ответил, что он тут ни при чем и что это у меня была отличная идея.

То есть Борис Владимирович играет роль Клюева и лишь под конец становится графом Рошфором. В моем фильме они все играют самих себя, но прекрасно помнят, кого они играли в «Д’Артаньяне и трех мушкетерах». Получился фильм-воспоминание.

В этом есть такой минорный символизм: он у меня на съемках первым ушел и сейчас ушел. В финале ленты все герои уходят в экран, чтобы остаться бессмертными… По сюжету первым уйдет в экран Трофимов, но на съемочной площадке первым ушел Клюев. Борис Владимирович даже не сказал мне, что ложится в больницу, просто попросил снять его в день накануне «ввиду серьезных личных обстоятельств». От этого тревожно и тоскливо. Он уже тогда понимал, что не доживет до проката и ни на какой премьере его не будет. Насчет премьеры, которая планируется на декабрь, предупредил: «Наверное, я тебя подведу».

— Мы не были готовы, полагали, что он поборол онкологию, что все будет хорошо. – Очень тяжело принять эту реальность, — говорит Юлия Куварзина. Он олицетворял уверенность, стабильность, юмор, и «Воронины» для меня закончились не год назад с окончанием съемок, а сейчас, когда выпало самое важное звено, за которое мы все держались и равнялись. Он ведь такой крутой — и вдруг такой удар. Мы осиротели. Мы все — Воронины. Это очень обидно, горько, больно. Без него нет смысла снимать продолжение. Тем не менее я знала, что он есть, что он живой, что в любой момент я могу позвонить и приехать к нему на спектакль, привезти гостинцев с дачи. Это очень большая потеря, хотя мы лично не виделись с Борисом Владимировичем около года. В какой-то момент наступила ремиссия после успешной операции. Супруга поддерживала его на протяжении всей болезни. Он не лежал. Он прекрасно себя чувствовал, даже летал с нами в Берлин. Мы считали, он был в порядке… Борис Владимирович после капельниц приезжал на занятия, съемки.

— Из папы моего персонажа он перешел в папу настоящего. – Мы с Борисом Владимировичем снимались десять лет, будто жизнь целую прожили, — вспоминает Георгий Дронов. Он являлся для нас примером во всем. Мы все относились к нему как к отцу. Борис Владимирович был для нас всегда примером для подражания. Уходят столпы, на которых стоят русский театр и профессия актера. Он учил нас своим опытом. Того, как надо вести себя в профессии, как надо любить профессию в себе, а не себя в профессии. Ушел очень большой актер и огромный человек. Это большая потеря и огромная утрата и для театра, и для зрителя — театра, кино, телевидения. Всегда был готов, оптимистичен, настроен на работу, победу. Свою болезнь он до последнего держал в тайне и никогда не жаловался на недуги. Он чувствовал, что доставляет радость своей профессией, и сам получал от нее колоссальное удовольствие. Ему давала силы выходить на сцену любовь к профессии, которой он всегда был полностью поглощен. То, что случилось, ужасная и трагическая неожиданность для всех. При этом был тихим, спокойным, интеллигентным. Продолжения у «Ворониных» не будет.

— Я в шоке, не могу в себя прийти. – Борис Владимирович — великолепный человек, замечательный актер и партнер, — добавляет Анна Фроловцева. Надо быть настоящим артистом, чтобы в таком состоянии выходить на сцену и продолжать сниматься. Мне просто плохо, ведь мы прожили бок о бок декаду.

Щепкина. Образование: в 1969 году окончил Высшее театральное училище имени М.С.

Снялся более чем в 130 фильмах и сериалах, среди них — «Д’Артаньян и три мушкетера», «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона», «ТАСС уполномочен заявить», «Воронины», «Улицы разбитых фонарей», «Физрук», «Годунов». Карьера: с 1969 года служил в Малом театре. Народный артист России.

Сын Алексей (1969—1993). Семейное положение: с 1975 года был женат в третий раз, на Виктории Клюевой.

Похоронен на Троекуровском кладбище. Умер: 1 сентября 2020 года в Москве.